Медведев: ядерный апокалипсис «реально возможен» — СНВ‑III истёк

Главные тезисы

Заместитель председателя Совета безопасности Дмитрий Медведев заявил, что ядерный апокалипсис «реально возможен» и что те, кто этого не понимает, — «фантазёры или дурачки». По его словам, к такому развитию событий нельзя относиться как к невозможному, и к нему следует быть готовыми.

Медведев подчеркнул, что Россия имеет ядерную триаду и рассматривает это как элемент сдерживания. Он также отметил, что сейчас «узел противоречий очень тугой», в том числе с учётом ситуации на Ближнем Востоке.

Что произошло с СНВ‑III

5 февраля 2026 года истёк срок действия Договора о мерах по дальнейшему сокращению и ограничению стратегических наступательных вооружений (СНВ‑III) — последнего двустороннего соглашения, ограничивавшего ядерные арсеналы России и США. Американская администрация отказалась от продления договора, назвав прежние ограничения для себя неприемлемыми и заявив о планах модернизации арсенала и ведении переговоров «с позиции силы».

Ранее бывший президент США поручил Пентагону возобновить ядерные испытания — впервые за более чем 30 лет. Власти США также допустили развёртывание дополнительных ядерных средств меньшей дальности.

Условия Москвы для дальнейших переговоров

Москва заявляет о готовности к диалогу, но только на новых условиях. Постоянный представитель при Конференции по разоружению в Женеве указывал, что в переговорах должны участвовать и другие ядерные державы, включая Великобританию и Францию.

Глава МИД отмечал готовность России придерживаться прежних ограничений при условии взаимности со стороны США. Пресс‑секретарь президента подчеркнул, что переговоры возможны при наличии «конструктивных ответов» от Вашингтона.

По сообщениям, стороны могли договориться временно соблюдать положения СНВ‑III в течение некоторого срока после его истечения, чтобы выиграть время для обсуждения дальнейшей судьбы соглашения.

Контекст и риски

Эксперты и официальные лица отмечают, что сочетание растущей напряжённости в мировой политике, модернизации арсеналов и региональных конфликтов повышает риски эскалации. В этих условиях заявления о «реальной возможности» ядерной катастрофы звучат как предупреждение о необходимости серьёзного международного диалога и мер по снижению рисков.